– Так что?
– напоминаю я.

Останавливаюсь, чтобы перезарядить дробовик. Три патрона. Четыре.

– Не знаю таких. Я для Гарры был диковинкой. Ему Ворон завидовал, звал меня к себе в охрану. Даже такой недоучка, как я - для простых людей чудовище. А маги из знатных семей… - Он скрипит зубами.
– Для них мы просто дворняги. А обычные люди - мусор под ногами.

Он смеётся, вспоминая что-то.

– Помнишь, как ты притащил в башню связанную Астру? У всех глаза на лоб полезли. Мы-то знали, что она - маг из знатных. Чему её там в частной школе обучили? Может она могла бы всех убить силой мысли, а ты её, как мешок, на плече таскал.

– Толстый её не боялся, - замечаю я.

– Толстый и тебя не боялся, пока ты его через перила не бросил! Он же сумасшедший!
– Красавчик хохочет.
– Вот так с этими магами и надо. Пусть знают своё место. Принцессе это не помешает.

Его смех обрывается. Глаза снова загораются яростью, пальцы сжимаются в кулаки.

– Так чем именно Астра тебя задела на этот раз?
– спрашиваю я, - Из-за чего повздорили? Не поделили книжку в библиотеке?

– Особое отношение, - рычит он.
– Даже здесь, в этой клоаке, где все мы !@#$% вроде бы должны быть равны. Её берегут, ей уступают. А я… - Он резко выдыхает.
– Мне это до смерти надоело.

Я почесываю щетину.

– Что. Случилось. Давай рассказывай.

– Она может читать на их местном языке, - зло шепчет Красавчик.

– Что !@#?

– Старые книги, оставленные первыми обитателями. Говорят, для этого нужен особый дар. У желтых большой праздник. Поздравляю, она у нас теперь Избранная – или что-то вроде этого. Реинкарнация матери-настоятельницы - не меньше…

– Они !@#$%^! там все?

– Да они все тут с приветом, если не заметил, - шипит рыжий и перебегает за следующее укрытие.

Он внезапно выскакивает из-за укрытия, швыряет в меня серию заклятий. Боли не чувствую, но мышцы сводит судорогой. Я падаю на колени, но не кричу - только смеюсь сквозь стиснутые зубы. Отползаю в сторону. Стреляю, не давая ему высунуться, пока не скрываюсь за преградой.

Топот ног, парень хочет обойти с левого фланга. Хорошо. Надо подкинуть ему дровишек.

– Ладно, я понял. Они все голубых кровей – а ты нет. Но тогда почему?
– кричу я ему вслед.
– Если они все тебя так бесят - зачем ты так стараешься на них походить?

Он замирает.

– Ты посмотри на себя. Твои манеры, твоя одежда. Когда я впервые тебя увидел, подумал - сынок богатых родителей. Разве так ведёт себя парень из бедной семьи?

Красавчик медленно поворачивается. Его лицо искажено гримасой - не то злости, не то боли.

– Ты ничего не понимаешь, - говорит он тихо.

Красавчик впадает в ярость. Его рыжие волосы, слипшиеся от пота, торчат во все стороны, как языки пламени. Глаза горят - не метафорически, а в прямом смысле: в них вспыхивают крошечные искры, будто внутри его черепа тлеет костёр.

– Ты ничего не понимаешь!
– кричит он, и голос его дрожит, будто вот-вот сорвётся в рёв.
– Ни-че-го!

Он швыряет в меня очередное заклинание. Огненный кнут хлещет по воздуху, оставляя за собой дымный след. Я едва успеваю отпрыгнуть - пламя обжигает рукав, ткань вспыхивает. Сбиваю огонь ладонью, но рука уже немеет. Похоже, дело не просто в боли. Магия Красавчика и некоторые другие заклинания и правда пробивают мою защиту – пусть и действуют не так, как должны бы.

– Вот так-то лучше, - ухмыляюсь я, передергивая дробовик.
– Наконец-то начал драться по-настоящему.

Красавчик не отвечает. Он просто атакует.

Огненные стрелы летят одна за другой. Я уворачиваюсь, но одна всё же впивается мне в плечо. Чувство такое, что на руку гирю повесили. Я покачиваюсь и начинаю оседать на песок. Смеюсь.

– Сильнее!
– ору я, стреляя в ответ.

Резиновая пуля попадает ему в живот. Он сгибается, но не падает - только хрипит и тут же выпрямляется, швыряя в меня новый заряд.

Зрители ревут. Кто-то кричит:

– Давай, рыжий! Разнеси его!

Другие подхватывают:

– Жги его!

– Пусть узнает, кто тут главный!

Красавчик озирается, его лицо искажено гримасой - то ли ярости, то ли отчаяния. Он снова бросается в атаку.

Я стреляю.

Бах! Бах! Бах!

Промах.

Он уворачивается с неестественной ловкостью, будто предугадывает каждый мой выстрел. Прыгает в сторону, пригибается - и вдруг оказывается прямо передо мной.

– !@#$%...

Удар плечом в грудь.

Я падаю назад, ударяюсь спиной о баррикаду, падаю на пол. Дробовик выскальзывает из рук, скользит по камню.