– Ладно. Он хочет поговорить? Я с ним поговорю.

Пистолеты убираю в кобуры, дробовик вешаю за спину. Проверяю обоймы, разложенные по карманам - всё на месте. Патроны для дробовика висят на ремнях, чтобы можно было перезаряжаться на ходу. Поворачиваюсь к старику, тычу пальцем в его костлявую грудь.

– Возвращайся назад. Дальше ты только мешаться будешь. Балласта у меня и так хватает.

Зек молча кивает и растворяется в темноте, его жёлтый глаз мелькает в последний раз, прежде чем исчезнуть.

– Готов, - говорю я, бросая взгляд на безликих, потом на Астру и Малыша.

Те двое по-прежнему стоят как вкопанные, но Малыш хотя бы осознаёт происходящее. Астра же словно кукла на нитках - пустые глаза, напряжённые мышцы.

Безликие разворачиваются и начинают вести нас вниз.

Тропы здесь - не тропы вовсе. Это хаотичные проходы между рваными краями палуб, узкие щели в металле, пологие спуски, которые больше похожи на гигантские раны в теле корабля. Мы минуем два разрушенных яруса - один полностью затоплен, другой покрыт странными наростами, похожими на кораллы.

Чем ближе к лесу, тем сильнее сжимается у меня в груди холодный комок тревоги. Сердце стучит неровно, пластина на груди вибрирует, будто внутри что-то застряло.

Наконец мы подходим достаточно близко, чтобы разглядеть «деревья».

Я надеваю прибор ночного видения.

– !@#$%!

Это не деревья.

Это люди.

Они привязаны к полу корабля тонкими, похожими на пуповины трубками, которые прорастают прямо в их тела. Трубки тянутся из палубы, впиваются в спины, животы, шеи. Тела раскачиваются из стороны в сторону, точно водоросли на дне моря.

Я останавливаюсь, достаю телефон.

К чёрту осторожность.

Набираю заявку:

*«Heckler Koch MP-5 под патрон SW 40 калибра. Шесть дополнительных магазинов. Шесть коробок с патронами. Трехточечный ремень. Подствольный фонарь»*

Сумка тяжелеет, выдавая оружие и боеприпасы. Быстро раскладываю всё на ближайшем уступе, снаряжаю магазины, не спуская глаз с леса и двух безликих, которые стоят в стороне, будто ждут.

– Лес сказал, что тебе не нужно волноваться, - шепчет Малыш.
– Он не причинит тебе вреда.

Я фыркаю, вставляю последний патрон в магазин.

– Передай этому - ему тоже не нужно меня бояться. Я не стану его убивать, если он не начнёт дёргаться.

Малыш морщится, но кивает.

Закончив, вешаю MP-5 на плечо, проверяю крепление ремня. Оружие ложится удобно, почти невесомо.

– Пошли.

Мы продолжаем путь.

«Деревья» расступаются перед нами, образуя широкую дорогу, ведущую к центру корабля. Стебли начинают излучать мягкий голубоватый свет, освещая путь.

И тут из темноты выходит старик Зек.

Я оглядываюсь на него, сжимая пистолет-пулемёт.

– Тебе чего?

– Никогда не видел леса вблизи, - говорит он, его жёлтый глаз сверкает в странном свете.
– Это мечта моей жизни.

– Мечта моей жизни - поскорее свалить с этого проклятого корабля и никогда сюда не возвращаться.

Рука не отпускает MP-5. Нервно оглядываюсь по сторонам.

Кажется, я слышу шёпот.

Он доносится от «деревьев».

Присматриваюсь к лицам людей, висящих на шлангах. Они лишены выражения - ни боли, ни страха, ни даже пустоты. Они просто... есть. Живыми их не назовёшь, но и мёртвыми тоже - нет ни трупных пятен, ни окоченения. Если они и умерли - то очень хорошо законсервированы.

– Я знаю их, - тихо говорит Зек, указывая на одного за другим.
– Это Гаррик, пропал три года назад. Безликие увели его ночью. А это Лора - ушла вниз за травами и не вернулась. Вон там - старый Мирон. Его не видели лет десять.

Я смотрю на тех, кого он называет. Одежда на давно пропавших истлела, но сами они... не изменились. Не постарели.

– Что с ними?
– спрашиваю я.

– Старики рассказывали, что корабль забирает людей навсегда, - отвечает Зек.
– Раньше не понимал. Думал это значит, что они больше не вернутся. Оказывается, они и правда здесь навсегда.

– И зачем они ему?

– Они его глаза, уши, руки…

– Ладно, я понял, не продолжай.

Мы выходим на подобие холма - палуба здесь вздулась, поднимаясь над остальным лесом. В центре - огромное «дерево» с толстым стволом, от которого расходятся ветви. Каждая ветвь оканчивается человеком.

Стебли-шланги пульсируют, по ним струится жидкость.

Одна из ветвей наклоняется ко мне.

На ней - человек в чёрном флотском мундире с золотыми пуговицами. Длинные седые волосы развеваются, будто под водой.