– Что-то смешное, Лецри? Не поделишься?

– Просто...
– он неловко взмахнул рукой, задев её спину с очень интересным эффектом.
– Я действительно... собирался поговорить...

– Потом, - и она надолго сместила своими действиями разговоры гораздо ниже в списке приоритетных задач Акараса.

Хоть Айения и споткнулась на внушающем ужас слове, но странно испытующий взгляд Авито встретила без колебаний. Уже закалилась.

– Я понял, что Вы хотели сказать. Это... сложный вопрос.

Ну ещё бы.

– Можно я сначала спрошу у Вас кое-что?

– Слушаю, - Ени решила принять более удобную позу, что фактически получилось не очень, но, как она надеялась, придало ей более расслабленный и уверенный в себе вид.

– Почему... после того, как я всё рассказал тогда весной... почему ты избегала меня?

Вот он, значит, корень недопонимания. Айении не хотелось говорить об этом, но простое уважение и справедливость требовали, чтобы она ответила откровенностью на откровенность. В конце концов, ему же тоже было нелегко. По крайней мере, она постарается сделать это быстро.

– Я считала, что всё... твое ...необычное поведение было следствием нашей родственной связи и только. Мне было неприятно вспоминать об этом, - вот, получилось даже лучше, чем она ожидала.

– Моё необычное поведение? В каком смысле?
– кажется, не очень.

– Ну...
– чего ходить вокруг да около?
– все эти глядения на меня, испуганные между прочим. Нервные реакции... Чёрт, сейчас, когда думаю обо всём этом, это кажется преувеличением мелочей...

– Айения, - она, наверное, никогда не привыкнет к тому, как он произносит её имя. Да ещё таким серьёзным голосом... который просто заставил её посмотреть ему в глаза ещё раз.
– Помнишь террористическую атаку на Друин это весной?

– Ну, такое вряд ли забудешь...

– Я собирался поцеловать тебя тогда.

Ого. Одно дело предполагать, другое слышать об этом как подтвержденном факте. К списку дискомфортных ощущений добавилось ещё и пересохшее горло.

– И всё это время... я считал, что тебе просто неприятно находиться рядом со мной, потому что я предал наш род. Интересно почему, ведь я даже ничего толком не объяснил. Чувство вины превратило меня в сосредоточенного на себе слепого глупца...

Это, конечно, было всё очень интересно, но...

– Вы так и не ответили на мой вопрос, - потому что, откровенно говоря, именно он и занимал её больше всего. И она с места не сдвинется, пока не услышит ответ. По её тону Энзеллер понял, каким он должен быть: чётким и ясным. Но не всё так просто.

– Я просто не поверил. В то, что... Что ты и вправду меня не ненавидишь. И я подумал, что... если ты меня не оттолкнешь, ну или не убьёшь на месте, то это значит...

– Что я Вас не презираю?

– Да, именно. Идиотизм, верно?
– и он нервно рассмеялся. Айения прикрыла глаза и начала массировать пальцем переносицу. Новообретенный родственник стоил ей всё больше и больше душевных сил. Как было хорошо с одним отцом...

– Ну и как, убедились?
– если голос ей почти удалось проконтролировать, то на взгляд сил не хватило: Энзеллер резко выпустил воздух из легких и поглядел на неё почти с отчаянием.

– Я совсем не то имел в виду! То есть...
– и он от бессилия стукнулся головой о стенку, - мне показалось, что там было что-то большее и я хотел проверить... не чудится ли это мне...

За год-то ведь уже можно было привыкнуть к этим резким перепадам от отчаяния к надежде. Но выматывали они всё так же. Айения изможденно улыбнулась мужчине с испуганно-настороженным выражением лица:

– И что же Вам чудилось, профессор Авито?

– Айения...
– в принципе, ему нужно было только ТАК произносить её имя и она бы сделала всё, что угодно.
– Мне нужно знать... чувствуешь ли ты ко мне что либо помимо отношений преподавателя и студента, и родственных чувств, и как сограждане Друина... Дьявол! Есть ли внутри что-либо похожее на то, что испытываю к тебе я?

Хорошо, это было не на все сто процентов и требовало множества пояснений и развития темы, но Айения решила не придираться. Она откинула голову и рассмеялась очень счастливым смехом. Энзеллер напряженно ожидал, когда она закончит. Почему-то теперь она могла смотреть на него без особых проблем, если не считать глупой улыбки и забавного чувства в груди.

– Профессор Авито, - он напрягся в ожидании вердикта, - почему бы Вам не проверить? Опытным путем?

Чего бы он не ожидал, это было явно не это. Неверящим взглядом он посмотрел на улыбающуюся девушку, осторожно поднялся и подошел поближе. Неуверенность и страх заставляли его протянутую руку дрожать, а ответное прикосновение вздрогнуть от неожиданности. После всего что было сказано, испытано, прожито, он боялся поверить. В то, что это не конец. В то, что всё только начинается. И действительно, был только один способ проверить...