— Потнимите ехо, — подсказал Верлис телохранителям, игнорируя слова коротышки.

Напрягшись, ратники оторвали Мирга от пола и вынесли из комнаты.

Владелец ристалища последовал за ними. Прочные половицы прогибались и жалобно скрипели под его ногами, когда он неторопливо шёл к двери, ведущей на улицу.

Ночь встретила Верлиса приятной прохладой. Он глубоко втянул воздух, ощущая множество запахов, но больше всего — аромат впитавшейся в землю крови. Бывший боец вскользь ударил клинком по клинку, высекая белые искры. На лице Верлиса промелькнуло бледное подобие улыбки:

— Жаль, нихто не увитит это зрелище!

К завтраку бабушка Мирга испекла пирожки. Остроконечные, похожие на рыбацкие лодки — с мясом и грибами. Округлые, словно морская галька, — с крупными тёмными ягодами.

Используя деревянную лопатку, женщина по одному вынимала их из маленького окошка цилиндрической печи и выкладывала на простые керамические блюда. К пирожкам она подала тёплый душистый травяной отвар.

Принцесса и рыцарь сидели бок о бок за небольшим столом. Избегая глядеть друг на друга, молча ели.

От гнетущих раздумий их отвлёк Мирг. Колдун вышел из стены, неистово зевая. От него пахло гарью, одежда и тело местами были вымазаны сажей. И без того грязный каль стал почти чёрным.

— Бабуля, что ты сделала с моим атанором? — поинтересовался толстяк, без особого энтузиазма имитируя возмущение.

— То, что видишь, — старушка вынула из недр алхимической печи очередное произведение кулинарного искусства. — А ты выполнил то, что я просила?

— Гым, — ответил Мирг, впиваясь зубами в сладкий пирожок с ягодами. Тёмно-малиновый сок потёк по небритому подбородку и капнул на пузо. Прожевав, колдун сказал Ук-Маку: — Твои обязательства перед Верлисом аннулированы. Ристалище сгорело, а его хозяин отбыл в неизвестном направлении.

— Как сгорело?

— Да кто ж его знает. Мы с Верлисом немного повздорили. Он малость рассердился, я чуточку испугался… А потом вдруг факелы начали летать, дом загорелся и остальное…

— Остальное? — скрипуче переспросила бабуля.

— Ну да, — Мирг запихнул в рот оставшуюся часть пирожка. — Фкамейки, жаборшик… Волофы Верлифа, одежжа… Я еве уфпел из дома вытащить фун…

Коротышка поперхнулся соком и закашлялся. Схватив кружку рыцаря, залпом выпил отвар. Отдышавшись, потянулся за следующим пирожком.

Бабуля сердито стукнула его по руке лопаткой:

— Я же просила сделать всё дипломатично!

— А мы дипломатично повздорили, — заверил Мирг. Он щёлкнул пальцами и пирожок, исчезнув с блюда, возник в его руке. — Я потом ему даже ожоги залечил. Но он был так расстроен пожаром, что побежал в порт, не разбирая дороги. Аж варежки свои железные по пути потерял… А потом сел на первый попавшийся корабль — и уплыл. Навсегда.

— Какой корабль? — совсем потерялся Дерел.

— Да я, что, помню, на какой его закинул… деревянный такой, с белыми парусами… Вроде. Короче, дело улажено, ты свободен.

— Это же чудесно! — просияла Айрин. — Спасибо вам!

— Пустяки, — махнул огрызком пирожка Мирг. — Не стоит благодарности… Но если решите вознаградить парой монет, не откажусь!

— А что с Сандреро? — вспомнил рыцарь учителя фехтования.

— Не знаю такого… Если мозговитый, сразу сбежал, когда я подпалил… — колдун покосился на нахмурившуюся бабушку — …когда началась кутерьма.

— Ты меня расстраиваешь, — упрекнула толстяка старушка.

— Не доводилось тебе зашивать молодого парня, разрубленного на этом мерзостном ристалище почти надвое, — огрызнулся Мирг. — Да и вообще, кто меня туда отправил?

В раздражении толстяк покинул лабораторию. Он ещё не до конца исчез в скале, когда до ушей оставшихся донёсся звук, напоминающий приглушённый щелчок пальцами. В тот же миг со стола пропало блюдо со сладкими пирожками.

— Он всегда любил фруктовую выпечку, — улыбнулась бабушка. — Так же, как его отец.

— Трудно представить, что у него были родители, — сказала Айрин. — Мне почему-то кажется, что он был таким всегда. Простите, я не хотела никого обидеть.

Старушка усмехнулась:

— Как и всех, его родили мужчина с женщиной. Они покинули этот мир, когда Ильдвайн был совсем маленьким.

— Ильдвайн?

— Сейчас он зовёт себя Миргом, — пояснила старушка.

— Соболезную вам, — принцесса обхватила кружку с отваром обеими ладонями и печально опустила голову. — Мой папа тоже погиб…

— Храни тебя Ланиара, доченька! — всплеснула руками бабушка колдуна. — Что ты такое говоришь?! Родители внука живы.

— Но вы же сказали… — ничего не понимающая девушка, смутившись, умолкла.