Схватив ближайший ко мне стул за спинку, Тикеру села справа от меня таким образом, что смогла положить предплечья на спинку своего стула – не только в её позе, но и в её движениях, и даже во взгляде сквозил вызов:

– О-о-о, как интересно!.. – с едва уловимой истерической ноткой протянула знакомая Рангера, и сразу же перевела насмешливый взгляд с меня на него. – Что, твоя девушка?

– Нет, – мгновенно утвердила я, но в этот же момент Рангер произнёс ложное “да”. Пришлось категорически отрезать: – Определённо точно нет.

– Вот как? – выпрямила спину наша собеседница: интересно, у неё такой голос от природы или её импульсивность связана с чем-то мне непонятным? Она снова сосредоточилась на мне: – Тогда почему ты в одежде Рангера, если ты не его девушка?

– Потому что у меня нет своей сменной одежды, – хладнокровно выдала правду я.

Собеседница задержала неоднозначную улыбку на своих морщинистых губах. Даже интересно, что она сказала бы дальше, но в этот момент в комнату вошёл ещё один новый оригинал – смуглая и черноглазая девушка, ростом мне по плечо, с чёрными, как сама полночь, волосами, и с орлиным носом. Клонов подобных оригиналов в Миррор не встречалось, наверное, поэтому внешность этой девушки показалась мне необычной.

– Персуда, познакомься, это, очевидно, новая жительница Склада – Скайлар, или по-другому “не девушка Рангера”, – необоснованно весёлым тоном объявила Тикеру. Сначала я решила, что раз уж Тикеру с Фараджем, значит, вполне может быть, что эта Персуда может быть девушкой Хэппи, но прежде чем я успела сделать вывод относительно агрессивности первой и мягкотелости второго, а также несовместимости таких темпераментов, Тикеру продолжила говорить, словно обращаясь ко мне, но всё же поглядывая на Персуду: – Кстати, впервые вижу девицу, которая не хотела бы быть девушкой нашего красавчика Рангера. Представляешь такой феномен, Персуда?

Вместо того чтобы ответить, Персуда громко хлопнула одним из шкафчиков, из которого достала упаковку чая.

– Нашей Персуде шестнадцать, – явно пытаясь смягчить ситуацию, спокойным тоном, не лишенным признака веселья, встрял в диалог Рангер. – Она у нас дочь цыганки и француза – огненная кровь, буйный темперамент.

– Тебе же явно нравятся буйные, – широко улыбаясь, заметила Тикеру, а я заметила, что с ней всё же что-то не так: зрачки неестественно расширены, словно искусственная улыбка и стремительные ноты голоса – может, у нее повышенное давление?

Проигнорировав слова Тикеру, Рангер обвёл рукой всех собравшихся за столом, при этом обращаясь ко мне:

– Перед тобой полный состав обитателей Склада. Персуда у нас не умеет гадать, но профессионально делает вид, будто является потомственной гадалкой – тем и живёт, но больше всё же выживает карманничеством.

– Её любимое блюдо – богатенькие американские туристы, – с некоторой долей ехидства ухмыльнулась Тикеру, явно знающая о личности Персуды какие-то неприглядные подробности.

– Тикеру… – начал Рангер, явно желая рассказать немного и о ней, но та его перебила, обратившись ко мне напрямую.

– Тикеру – Тик – Крис – Кристин, но всё же лучше Тикеру… – она явно была немного не в себе.

– Тикеру и Фарадж держатся на плаву за счёт того, что промышляют лёгкими наркотиками – распространяют редкие таблетки, делают мастерские закладки травки. Если вдруг интересует – обращайся, будет тебе дружеская скидка. Хэппи у нас белая ворона: безотцовщина, учится в медицинском колледже, работает в McDonald’s, в общем и целом – примерный парень, белоснежное пятно мела в нашей тёмной куче грязи.

Я не поняла, почему Рангер назвал Хэппи вороной, да ещё и белой – разве вороны бывают белыми? – но не успела акцентировать на этом внимание, потому что вновь резко подала голос Тикеру:

– Ты рассказал этой посторонней всё про нас, но при этом даже нам ничего не рассказываешь о себе. Это нечестно, не находишь? Мы-то хотя бы знаем, откуда беруться наши деньги, а ты что? Ладно, Склад у тебя от дяди, но откуда деньги на оборудование твоей спальни? Новую игровую приставку себе прикупил, так и в холодильнике еда не убывает, а откуда что берётся, не говоришь. Сам-то погрязнее наших денег добываешь, это ясно, но зачем нас сливать?

– Тише-тише, эмоция, я не сливал вас…

Тикеру как будто совсем не услышала его:

– Ты доверяешь ей настолько, что рассказываешь ей про то, что мы курьеры травки, – её пылающий обеспокоенностью взгляд вцепился в меня, словно в серьёзную проблему, которую ей необходимо решить как можно скорее.

Я было хотела уточнить, кто такие “курьеры” и зачем ей с Фараджем заниматься какой-то там травой, но мне резко расхотелось из-за осознания отсутствия своего интереса в этой теме. В итоге просто пожав плечами, я заключила откровенно незаинтересованным тоном: