Шрифт:
– Да ни фига, – вздыхаю я и неожиданно для себя спрашиваю зятя. – А как вы с Риткой познакомились, партизаны хреновы?
– В суде как-то столкнулись. Тебя закрыли, она моталась, бедолага. Не знала, что предпринять. Адвокаты из нее бабло тянули. Ну, я и впрягся. Да и нравилась она мне всегда… – пожимает он плечами. – Я ее еще по универу помню. Деловая такая, красивая. Идет, попой крутит, никого не замечает. Вот и решил помочь…
– А дальше?
– Обедать пригласил. Раза с третьего, кажется, она согласилась. Ну и пошло, поехало. Она к тебе в Москву летит, а я за ней следующим рейсом гоню. Так в гостиницах встречались. Ее и твои, и мои охраняли. Мало ли…
– Ну, я понял, – чешу репу. И на самом деле ни во что не врубаюсь.
Наплела мне Лялечка семь бочек арестантов. Наплела!
Да и Ефимов мой в кабинет натащил бухгалтерских сшивов. Все с закладками и пояснениями. Когда, кто и на сколько дней отбывал в командировку вместе с Маргаритой. А она, зараза такая избалованная, поезда не любит. Только авиа, и только бизнес-класс ей подавай.
– Ты Марго спрятал? – поднимаю глаза на Асгарова.
– Да, дома сидит, никуда не захотела ехать. Токсикоз у нас, – вздыхает он. – Даже Дубай отменить пришлось. Плохо ей.
– Беда, – тяну я и неожиданно представляю Оливию с большим животом.
«До этого еще дожить надо», – останавливаю поток фантазий. В прямом и переносном смысле дожить.
И только когда сажусь в тачку, приходит сообщение от Феликса.
«По «Небесному согласию» ты в курсе?»
– Знаю, конечно, твою мать! – выдыхаю в голос. – Каким боком оно там нарисовалось? – обалдело пялюсь в экран айфона. Набираю краткое «знаю, а что?» и окликаю сидящего рядом Ефима.
– Зря мы Пастора отпустили. Сейчас бы пригодился.
– Никто его не отпускал, бро, – фыркает мой безопасник. – Сидит в Тагильской, в пыточной. Ждет. Мне этот комик хренов сразу не понравился. Я и придержал его. У меня же мозги на месте…
– Да пошел ты! – легонько толкаю локтем в бочину и киваю довольно. – Молодец, хорошо сработал.
И в этот момент трубка взрывается дурацким рингтоном «И снова седая ночь».
– Да, слушаю, – рыкаю в азарте. Кажется, пошла вода в хату. Тепленькая пошла. Неужели все-таки секта замешана? Дай бог, чтоб они. Не хочу ни на кого из своих думать. Даже чванливого банкира подозревать не хочется.
– Федор Николаевич, хммм… – официально откашливается Сарычев. – Не могли бы вы подъехать… Тут, похоже, потребуется наше всеобщее взаимодействие…
– Да, сейчас буду. Адвокатов звать?
– Нет, это неофициальная встреча. Могут помешать, – отрезает районный прокурор.
– Лады, сейчас подъеду, – вздыхаю я. – Дима, разворачивайся, – даю указание водителю и с потаенной тоской гляжу на поворот в переулок, ведущий к дому Морозовых.
А я опять мимо. Эх, грехи наши тяжкие.
Минут через десять районной прокуратуре читаю протокол допроса Сергея Анциферова. Если судить по указанному времени, следаки только недавно его закончили.
– Ты запрашивал у меня инфу по Яглину из «Небесного согласия», – вкрадчиво начинает Сарычев. – Что у тебя на него было? – несется с места в карьер.
– Да фигня всякая, - по диагонали просматриваю протокол.
Сережа Анциферов – киллер наш недоделанный – тоже там состоял. Входил в отряд самообороны. А кто руководил отрядом? Какой-то Юрий Иванович Зубов.
Выходит, Оля моя все время под присмотром была. Думала, что удалось убежать. А зря. Сектанты, падлы, незаметно свои щупальца к ней протянули. Наверняка этот утырок звал ее куда-нибудь с ночевкой. Идеальный план – украсть девочку со студенческой тусы. Все упоротые в хлам, никто ничего не заметит. Вот только Оля на ночевку не соглашалась. Не могла она. И видимо, Лайма просекла этого Сережу и решила поговорить.
На свою голову, бл.дь! Будто мне нельзя было сказать. Я бы Ефима отправил или сам подъехал бы к Пастору потрепаться.
Уладил бы вопрос. Но тогда бы точно не познакомился с Оливией.
Эх… Грехи наши тяжкие.
– Мы сейчас разыскиваем Родиона Яглина, – продолжает между тем Сарычев. – Никак найти не можем. И Зубовых тоже. Это мать и отчим потерпевшей…
– Ефим, – кошусь на старого друга, сидящего напротив.
– Да что их искать, – пожимает он плечами. – Сейчас привезем, Феликс Алексеевич, – добавляет радостно. И скалится, будто днюха у него. Сука….
– Откуда привезете? – оторопело переспрашивает прокурор и сейчас же спохватывается. – Нет. Пожалуй, я об этом знать не хочу.
И смотрит на меня настороженно, будто я рабовладелец местный.
– Сам не знал, – развожу руками, как только Ефим выбегает из кабинета.
– Ну да, ну да, – вторит мне Сарычев. И довольно потирает ладошки. – Это что же получается… Мы сейчас три уголовных дела одним махом расследуем. Три палки поставим… Это хорошо.
– Я так понимаю, что к убийству моего повара тоже Небесные причастны.