– Про чужаков? Мне нечего сказать, да и тебе скоро станет не до них.

Виктор понятия не имел, на что надеется отец. Он не хотел такого спасения – это ведь не спасение даже! Это просто новая жертва: Романа убьют вместе с ним, никому от такого лучше не станет… Или это действительно отчаяние того, кто за свою жизнь видел слишком много?

Однако оказалось, что от отчаяния Роман был далек. Он прекрасно понимал, что не сможет победить в битве, да и битвы не будет – так, смешная драка. Осознавал он и то, что никто не поддержит его, не рискнет ссориться со Скайларом Ллойдом. Поэтому Роман сделал единственное, что было ему доступно…

На станции снова зазвучал его голос. Вот только Роман, стоявший в комнате, на этот раз ничего не говорил, он просто замер на месте, решительный, будто уже готовый к смерти…

А его голос звучал – везде сразу, или, по крайней мере, на границе третьего и второго уровней, эхо гоняло его по тоннелям и приносило переливами в комнату пыток. Уверенный голос человека, которому можно верить… которому нужно верить! Ведь в момент всеобщего отчаяния он один готов произнести правду.

– Меня зовут Роман Милютин. На станцию «Слепой Прометей» я поступил служить биологом, я заведовал одной из лабораторий. Но это до того, как Чарльз Ллойд единолично принял решение об остановке. Я не захотел входить в его свиту и оказался в Лабиринте, там я стал распорядителем, своего рода связующим звеном между хозяевами и их рабами.

– Ты что натворил? – прошипел Скайлар.

Роман лишь безразлично пожал плечами, а его голос продолжил звучать:

– Я думал, от этого будет лучше, но стало только хуже. Теперь я готов признать: не было причин прерывать путешествие. Ни Сектор Фобос, ни вызываемая им болезнь не были такой глобальной угрозой, просто лишь при остановке Ллойд мог получить абсолютное подчинение. Тот, кто вас приговорил, выступил спасителем. Причем приговорил не единожды! Я знаю, откуда появились криптиды – существа, нападающие на вас, пожирающие вас. Они стали ошибкой высших, которую от вас скрыли, чтобы использовать вас как живой щит!

Он нанес серьезный удар, все понимали это. Возможно, у Романа не было того же авторитета, что и раньше. Но люди устали от неизвестности, она всегда терзает сильнее всего. А он давал им ответы, простые и понятные, он назвал им виноватого – вполне конкретного человека, которому можно отомстить за родных и близких!

Лабиринт поднимется, в этом Виктор не сомневался. И он никогда еще не гордился отцом так, как в этот момент.

Скайлар Ллойд тоже понимал, к чему все идет. Он был самовлюбленным уродом – но не дураком, и новая угроза застала его врасплох. Он замер, пытаясь понять, как быть дальше, что вообще можно сделать, чтобы защититься от тысяч разгневанных людей.

Ну а Роман только этого и ждал. Его появление не было лишь данью справедливости, похоже, он спланировал все с самого начала: и то, к какой реакции приведет его поступок, и то, что нужно делать. Он рванулся вперед – к небольшой панели на стене. Она позволяла управлять пусть и ограниченными, но подключенными к компьютеру ресурсами комнаты: отпирать кандалы, регулировать свет, подавать палачу нужные инструменты. Добравшись до панели, он не колебался ни секунды, он сразу нашел нужную комбинацию команд.

Виктор почувствовал, как давление на щиколотки и запястья исчезает – кандалы открылись. Хотелось мгновенно вскочить на ноги, помочь отцу, желательно – разбить самодовольную рожу Скайлара о ближайшую стену. Но Виктор ничего не мог, не быстро так точно, он едва двигался, во рту чувствовался горький привкус крови, перед единственным открывшимся глазом все плыло. Он ненавидел себя за эту слабость, однако ничего не мог изменить.

Отец не винил его и ничего от него не ждал. Напротив, Роман сам бросился к сыну, чтобы поддержать его, закрыл собой и лишь после этого повернулся к остальным.

– Бегите отсюда! – велел он. – Люди придут за теми, кто издевался над ними… Имя Скайлара Ллойда они знают, ваши имена – нет, так не попадайтесь рядом с ним!

Виктору очень уж не хотелось, чтобы палач убегал. Не только из-за того, что этот ублюдок сотворил с ним, Виктор просто понимал: садист такого уровня принесет станции немало бед. И все же отец прав, они сейчас не смогут сражаться с тремя крепкими, хорошо вооруженными мужчинами, им нужно сыграть на страхе.

Этот трюк сработал: врач удрал первым, он, похоже, только этого и ждал. Палач задержался лишь для того, чтобы скинуть защитную пленку, спасавшую его одежду от крови. Скайлар и вовсе смылся до того, как Роман закончил говорить. Его-то как раз будут искать!

Все закончилось, они победили… Или, по крайней мере, не проиграли! Получается, Виктор терпел не зря, он действительно дождался, причем спас его человек, от которого он этого вроде как не ожидал, но который всегда оставался для него самым дорогим.

Виктор хотел сказать об этом отцу. Потому что пока им только и оставалось, что разговоры, да и задержался он с признанием… Он просто не успел. Роман, до этого поддерживавший его, вдруг вскрикнул, навалился на сына всем телом, и Виктору лишь чудом удалось удержать его от падения.