– Так ведь и ребенок у тебя немаленький. Я всего лишь сказала правду, а ты не желаешь ее принять.

– Доктор сказал, его рост уже достиг предельного значения…

– Офигеть.

– Но он не настолько огромный…

– По сравнению с кем? Со слоненком?

Порой девушке нужно лишь пообщаться с лучшей подружкой, чтобы серый день заиграл красками. Я слишком сильно зациклилась на маминых словах, и когда раздался звонок и на экране высветилось имя Ванессы, испытала облегчение.

– Я набрала не так уж много веса, – застонав, возразила она. – Все ушло в живот.

– Этак он и тебя съест, – пошутила я и улыбнулась в ответ на смех подруги. – Обещаю как-нибудь выбраться к тебе. В последнее время все точно с ума посходили. Едва удается выкроить время на то, чтобы сходить в туалет, но и тогда кто-нибудь начинает долбиться в дверь и что-нибудь спрашивать.

– Знаю, Ди. Это нормально. Слушай, я вчера отправила Джошу подарок на день рождения. Ты уже подготовилась к его вечеринке?

Я чуть не застонала. Вечеринка. Кошмар.

– Почти, – неопределенно ответила я.

– Звучит неубедительно. Ладно, не стану допытываться. Как у него дела в бейсбольной команде?

Я повернула к дому и въехала на подъездную дорожку.

– Ему пока нравится. – Это у меня с ней проблемы. – Зато меня отстранили от посещения его тренировки за спор с одной мамашей.

– Диана! Что она сделала? Сказала что-то о Джоше?

Подруга слишком хорошо меня знает.

– Она назвала меня малолетней мамочкой.

Повисло молчание. Мать Ванессы родила ее в подростковом возрасте.

– Вот сука!

– Угу. Все нормально. Джошу нравится, за это я спокойна, а тренеры… – Я издала низкий свист. – Не в моем вкусе, но на них приятно посмотреть.

Ванесса рассмеялась и спросила:

– Твои родители уже в очередной раз поднимали вопрос по поводу футбола?

Я чуть не зарычала. Это было больным местом моей семьи. Я устала объяснять родителям, что двое моих кузенов, играющих в футбол на профессиональном уровне, не являются подтверждением того, будто каждый, у кого фамилия Касильяс, преуспеет в этом спорте.

– Нет.

– А Луи?

– По-прежнему нет. Он как-то обмолвился, будто хочет попробовать себя в карате, только пока ему нравится кататься на скейтборде.

– Уверена, это… черт. Я хочу в туалет, но, чтобы встать с дивана, мне понадобятся обе руки…

Я хихикнула, представив, как она пытается встать с дивана, а у нее не получается.

– Заткнись. Позвоню тебе позже, ладно?

– Хорошо. – Я снова хихикнула. – Люблю тебя.

– Я тоже тебя люблю.

– Пока! – одновременно произнесли мы.

Я сунула телефон в открытую сумочку и расхохоталась, представив, как Ванесса пытается встать с дивана. Неприятности дня вдруг отошли на задний план. Выйдя из машины, я открыла заднюю дверцу и достала пакеты с покупками. В конце рабочего дня я получила сообщение от мамы, что она сама привезет Луи. Джоша забрали Ларсены. Сначала его отвезут на тренировку, а потом он у них заночует. А я решила по пути домой совершить набег на магазины и купить все, что может потребоваться больным детям.

– Диана?

Я замерла в полусогнутом положении. В каждой руке у меня было по четыре пакета, а телефон лежал в сумочке.

Сердце забилось так быстро, что мне не хотелось бы узнать сейчас свое кровяное давление. Я уже слышала этот голос. Я узнала его по тону и одному лишь произнесенному слову, хотя мозг противился и не верил.

Это Анита.

Она нашла мой дом.

Она здесь.

Кажется, у меня не было причин для злости, но я все равно рассвирепела. Взбесило, что появление Аниты ввело меня в ступор. Горло перехватило, а в груди все сжалось. Та часть меня, которая, как всегда, не хотела со всем этим разбираться, требовала, чтобы я села в машину, закрыла дверцу и как можно быстрее убралась отсюда.

Но я подумала о Джоше и поняла, что не смогу.

Анита узнала, где мы живем. Черт возьми, она узнала! Самая большая ошибка моего брата каким-то образом выяснила наш адрес.

Мои ладони сначала онемели, а потом задрожали. Я сжала кулаки и закрыла глаза в надежде, что это лишь дурной сон. Однако я знала, что это не так.

Я медленно выдохнула и нерешительно разогнулась. Как в кошмаре, она стояла напротив меня.

Мать Джоша.

Биологическая мать.

Я не видела ее со дня похорон Родриго, когда она устроила самую настоящую истерику на парковке, завидев Мэнди, вдову моего брата – мать Луи и мачеху Джоша, которая была ему как родная мать до самой своей смерти.