Камера фиксирует бетрасканских консулов, стоящих среди своей свиты и кланяющихся под аплодисменты. Затем на экране появляются делегаты с Терры, премьер-министр Ильясова улыбается и кивает в знак благодарности, седые волосы мерцают на свету. Ее окружают различные министры, обслуга и ассистенты. Но у меня внутри все переворачивается при виде ее охраны.

Стоило догадаться…

Обычно за безопасность министров отвечает Армия Обороны Терры, и, да, в свите Ильясовой нет недостатка в солдатах АОТ. Но когда речь заходит о проблемах планетарной безопасности Терры, там всегда агенты Глобального Разведывательного Управления.

Они стоят среди свиты премьер-министра, молчаливые и неподвижные. На них темно-серые костюмы, покрывающие все тело с головы до кончиков пальцев рук и ног, лица скрыты за зеркальными масками, вытянутыми и овальными. Но я знаю, что скрывается под ними.

Ра'хаам уже здесь.

– С тобой все в порядке, милый? – спрашивает Лиранн, дотрагиваясь до моей руки. – Выглядишь так, словно кто-то станцевал на твоем камне смерти.

Я с трудом сглатываю, стиснув зубы.

– Все нормально, – выдавливаю из себя.

Но вообще-то не нормально.

Ведь среди них я вижу знакомую фигуру. Ее лицо закрыто маской, но я все равно узнал бы ее где угодно. Тело, спрятанное под этим облегающим нанокостюмом, которое я когда-то держал в своих объятиях. Моя лучшая в мире подруга.

Я как сейчас вижу ее, наблюдающую за тем, как меня пытали на борту «Кусанаги». На языке плесень, а в глазах, похожих на цветы, копятся слезы. И ее мольбы.

Тайлер, не уходи…

Тайлер, я люблю тебя.

– Кэт, – шепчу я.

– Ладно, это должно сработать.

Я стараюсь звучать уверенно. Мы столпились вокруг разбитого корпуса «Магеллана», лежащего на рабочем столе, склонив головы, словно бригада медиков над пациентом в критическом состоянии. Сейчас лаборатория в нашем распоряжении – команда, которая должна здесь тусоваться, отправилась на лечение от дозы облучения. Возможно, мы и сами получили ее, но в следующем цикле все будет в порядке, и у нас тут срочные дела.

Я уже объединил в сеть свой унигласс и униглассы Скар и Зилы и с помощью небольшого количества припоя и короткой молитвы Творцу теперь наношу последние штрихи на свой самодельный шедевр.

– Комбинационные логические схемы… – с сомнением в голосе бормочет Зила.

– Ох, знаю. Нари, подай-ка мне еще одну во-о-он ту металлическую штуковину.

– Ты имеешь в виду скрепку-бульдог?

– Ага. А почему они так называются?

– Я… – Она хмурится, вытаскивая одну из связки. – На самом деле понятия не имею.

– Их изобрел бульдог? – предполагает Скар.

– У вас есть существо, которое одновременно и бык, и собака? [1] Вообще-то, я, пожалуй, верю в это. Я имею в виду, что вы, люди, раньше выращивали квантовый… Ой!

По пальцам моего экзокостюма пробегает небольшой разряд – и если бы самый раздражающий унигласс в галактике не был отключен от сети, я бы сказал, что он сделал это нарочно, – и с тихим жужжанием электронный мертвец начинает включаться.

– Да-а-а-а! – Я протягиваю руку Скарлетт, и она в ответ дает «пять», переплетая свои пальцы с моими и притягивая меня для поцелуя. Когда наши губы встречаются, по мне пробегает другой разряд, намного, намного лучше предыдущего, и, безусловно, именно так все должны давать пять…

– ПРИВЕТ, РЕБЯТА! Я ТАК СКУЧАЛ ПО ВАШИМ Л-Л-ИИИИ-ЦАМ!

Мы прерываем поцелуй, наблюдая, как на четырех униглассах сменяются цифровые узоры, прорезанные статическими линиями.

– Это выглядит как-то неправильно, – бормочет Скар.

– Так и есть. Но я тут вынужден работать с крайне примитивными инструментами. – Я поднимаю взгляд на Нари. – Без обид, Дикарка.

– Не обижаюсь, Белоголовый, – бормочет она.

– Эй, когда война закончится через двадцать лет и Траск станет ближайшим союзником Терры, по десятибалльной шкале, насколько глупо ты будешь себя чувствовать?

– И вполовину не так глупо, как будешь выглядеть ты с моим ботинком в твоей…

– Детки, – вздыхает Скарлетт. – Прошу вас.

– Даже если бы мы не испытывали нехватку времени, – говорит Зила, – у нас все равно не было бы ни секунды на бессмысленную вражду. Мы все здесь друзья.

Ким хмуро смотрит на меня, затем неохотно кивает Зиле. И то, каким взглядом она обращается к Зи, говорит мне о том, что, возможно, лейтенант Дикарка хотела бы стать чем-то большим, чем просто друзьями с нашим маленьким Мозгом. Но, как говорит Зила, у нас мало времени.