на лодке обратно в порт. А сейчас единственное, что

вам остается, - это или принять меня, или бросить н

.море. Но, если вы бросите меня в море, вам придется

отвечать за убийство испанского дворянина. А за это по-

лагается...

– От семи до восьми лет тюрьмы, а в случаях особо

тяжких -повешение, -договорил Энсисо.

– Ну, вот видите. Я знал, что вы человек умный, и,

следовательно, мог заранее догадаться, как вы поступи-

те. Семь лет тюрьмы много больше, чем год три месяца

и три дня.

Энсисо кисло улыбнулся.

– Надеюсь, меня не постигнет ни то, ни другое, сень-

ор Бальбоа, - проговорил он.
– Я надеюсь также, что

помощь такого опытного путешественника, как вы, будет

особенно ценна для нашей экспедиции. Как бы там ни

было, добро пожаловать!

Энсисо пригласил в каюту Пизарро и своего нового

спутника и сейчас же начал обсуждать с ними план на

ближайшее будущее.

Трех дней, которые пробыл Пизарро в обществе Эн-

сисо и Бальбоа, было для него совершенно достаточно,

чтобы оценить и того и другого. Пизарро привык бы-

стро разбираться в людях и подмечать их слабые и силь-

ные стороны. Он сразу понял, что Энсисо не заменит ис-

чезнувшего Охеду. Энсисо никогда не принимал участия

в экспедициях, не имел понятия о военном деле, плохо

разбирался в обстановке, на каждом шагу проявлял ко-

лебания и нерешительность. Он умел произносить речи на

судебных процессах, но разве адвокатским красноречием

можно было подействовать на те две сотни головорезов,

которые ехали сейчас неизвестно куда и неизвестно за-

чем? «Крючкотвор!
– думал Пизарро, презрительно гля-

дя на выхоленное, совсем не солдатское лицо своего но-

вого начальника.
– С таким капитаном никуда не попа-

дешь, кроме. болота» .

Зато Бальбоа был человек совсем другого склада. Это

был. опытный мореход, отважный путешественник, хоро-

тпий солдат. Он умел подходить и .применяться к людям

н одних забавлял смешными историями, других распола-

гал к себе участливыми вопросами об оставшихся в Испа-

нии семьях, третьих подогревал обещаниями скорой на-

живы, четвертым внушал уважение своими знаниями. Не

прошло и трех дней, как он стал общим любимцем. До

Пизарро не раз долетали фразы: «Этот Бальбоа - на-

стоящий конквистадор!», «Бальбоа привел бы нас куда

следует!» Пизарро вполне разделял мнение солдат. Он

убедился в неспособности Энсисо и охотно поднял бы

бунт против него, если бы не боялся ответственности.

Бальбоа, хорошо известный на Эспаньоле и в Испании, -

другое дело. Бальбоа мог безнаказанно совершить то, за

что Франсиско Пизарро поплатился бы ,головой. Выдви-

нуть Бальбоа на первое место и затем стать его ближай-

шим помощником- вот какова была теперь цель. Но ре-

шится ли на это сам Бальбоа?

Когда корабли подошли к Сан-Себастиану, на месте

форта не оказалось ничего, кроме обгорелых бревен. Эн-

сисо убедился в правдивости того, что ему рассказывали,

и велел вернуться на запад.

– Куда на запад? Что мы там будем делать?
– спра-

шивали его.

Энсисо мялся и бормотал что-то бессвязное. Никакого

плана у него не было.

Выручил Бальбоа.

– Я хорошо знаю это побережье, - сказал он.
– Я со-

ветую высадиться на противоположном берегу Дариен-

ского залива. Климат там здоровый, земля плодородная,

индейцы миролюбивые. Мы построим там форт и от-

дадимся под покровительство Никуэсы; которому при-

надлежит эта часть материка. А утвердившись там, мы

легко проникнем к югу, где много и золота и жем-

чуга.

Энсисо не возражал:- он все равно не мог предложить

ничего другого.

С этого дня действительным начальником экспедиции

стал Бальбоа. Для смены власти не потребовалось даже

и бунта:

На том побережье, где высадились испанцы, все было

так, как рассказывал Бальбоа. Место, выбранное им для