– Ну как, хорошо прошла экскурсия по клубу? – поддразнивает она меня, когда мы добираемся до нашей комнаты.

– Да, – отвечаю я, протягивая ей ключ-карту.

– Отлично, – она тянется к двери, но я хватаю ее за руку и привлекаю внимание Мэгги к себе.

– Я думал… про Финикс.

Она растерянно открывает рот и в упор смотрит на меня. Похоже, это ее тревожит.

– Хорошо…

– Например, я мог бы помогать тебе? – спрашиваю я, и тревога на ее лице мгновенно сменяется замешательством. Брови насуплены, губы сжаты.

– Помогать мне?

– Управлять клубом.

Она растерянно молчит и переспрашивает:

– Ты хочешь помогать мне управлять клубом?

Ее пальцы переплетены с моими. Я притягиваю ее ближе, и она вынуждена посмотреть мне в глаза.

– Да, хочу. Я хочу быть его частью. Помогать тебе вести дела, придумывать новые идеи… и их тестировать.

Я добавляю эту последнюю часть, подмигивая, отчего она закатывает глаза.

– Но… если мы это сделаем, придется всем рассказать о нас.

– Я готов, – нежно целую ее надутые губы.

Похоже, ее по-прежнему терзают сомнения, и она все еще пытается решить, хочет ли, чтобы люди знали о нас.

– Ладно, – бормочет Мэгги мне в губы. Я отстраняюсь, удивленно глядя на нее сверху вниз.

– Правда?

Она кивает.

– Да. К черту. Давай расскажем им. А потом немедленно уйдем, чтобы они не смогли нас убить.

Смеясь, я обнимаю ее за талию и приподнимаю над полом. Мэгги что-то визжит мне в шею, и я чувствую себя на вершине мира. Опустив ее обратно, притягиваю ее губы к своим и крепко целую, пробуя ее стон на вкус, и наши тела врезаются в закрытую дверь.

– Пойдем домой, – бормочу я в наш поцелуй.

– Ты правда думаешь, что я дам тебе кончить после того маленького побега, который ты только что провернул?

– Все в порядке. Я так мощно кончил этим вечером, что вряд ли мне захочется сделать это снова в течение недели.

Она смеется и отпирает дверь. Мы быстро собираем вещи и закрываем комнату. Она переплетает пальцы с моими. Думаю, ее больше не беспокоит, что кто-то увидит нас вместе.

Мы подходим к заднему выходу из клуба. Я придерживаю для нее дверь, и она первой оказывается на тускло освещенной парковке позади здания.

Закрывая за собой дверь, я смотрю только на нее и поэтому, когда мы проходим через парковку, шагая к ее машине, почти не замечаю, что к нам приближается какой-то человек. Сначала я думаю, что это просто еще один сотрудник, но когда поднимаю взгляд и вижу на его лице ярость, волосы на затылке невольно встают дыбом. Инстинктивно я хватаю Мэгги и ставлю ее позади себя.

– Что случилось, мужик?

Похоже, нас собираются ограбить.

Заметив, что он идет к нам, Мэгги позади меня испуганно ахает.

– Я знаю, кто ты, – тихо, но со злобой говорит незнакомец, останавливаясь всего в паре футов от нас.

– Вот как? А я тебя не знаю.

Он издает злобный смешок и подходит чуть ближе к свету. И тогда я вижу его лицо. Это тот тип, которому я чуть не врезал у входа, и, вероятно, тот самый, что испоганил мою машину.

Я поднимаю руки в знак капитуляции, хотя не слишком волнуюсь. Он безобиден. Намного старше меня, вероятно, ему около пятидесяти, иссохший и тощий. Одежда болтается на нем, как на вешалке, на ногах изношенные башмаки. Просто несчастный придурок, который слишком долго жил согласно своим привычкам и не видел дальше той крошечной коробки-квартирки, в которой обитает.

И все же чем скорее я посажу Мэгги в машину и спасу ее от этой конфронтации, тем лучше. Мы уже слишком далеко зашли на стоянку, чтобы пытаться вернуться в клуб.

– Слушай, нам не нужны проблемы. Мы просто идем домой, – говорю я. Но он встает передо мной, преграждая путь.

– Давай вернемся внутрь, – тихо бормочет Мэгги, дергая меня за руку.

– Мистер Грант, верно? – говорит мужчина, и я хмурюсь. Упоминание моей фамилии заставляет меня выпрямиться. – Я знаю, чем вы двое там занимались. В этом доме греха. Меня от вас тошнит, – рычит он, и его лицо полно ненависти. – Я вырастил в этом городе своих детей, а теперь у меня есть внуки, и я не буду молча стоять в стороне, пока такие язычники, как ты, оскверняют наш дом своей грязью.

– Бо, пойдем, – говорит Мэгги с дрожью в голосе, оттаскивая меня, но мои ноги словно приклеены к земле.

Знаю, она боится, что я затею с ним драку, но это не то, чего мне хочется. Я лишь хочу, чтобы он понял. Чтобы прекратил ненавидеть мою семью и осознал, что это место призвано дарить людям нечто совершенное иное.

– Вы не знаете, о чем говорите, – спорю я, протягивая руку к мужчине, надеясь, что он поймет, что я не собираюсь вступать с ним в драку. – Знаю, вы думаете, что это греховно и дурно, но люди в этом здании счастливы и свободны, они в безопасности. Ничто не угрожает вашей семье из-за какого-то частного клуба.