Ну давай, ураган, налетай.

– Я попросил Гарретта быть моим шафером только потому, что знал, что это будет слишком тяжело для тебя. Но ты…

– Я знаю, папа, – говорю я, прерывая его. – Знаю. Все в порядке.

Он тяжело вздыхает и отпускает мое плечо.

– Я просто хочу, чтобы ты был счастлив, Бо.

– Я счастлив, – отвечаю я и впервые за долгое время говорю серьезно. Я просто хотел бы сказать ему другую часть.

– Похоже, что да. Что-то изменилось. Ты с кем-то встречаешься?

– Нет. Просто я… я больше не беру в голову.

– Ты имеешь в виду меня? – спрашивает он.

– Нет, то, что раньше меня бесило. Клуб. Чарли. Ваш с мамой разрыв. Я устал злиться. Приятно просто… больше не брать это в голову.

– А что для тебя важно? – спрашивает он, и я искренне не ожидал такого вопроса. Он застает меня врасплох. Я сглатываю и думаю о вещах, которые в последнее время были главными в моей жизни.

– Люди… которые помогают моему стремлению стать лучше.

Это оказалось гораздо более проницательно, чем я предполагал.

Мой отец застывает на месте и, нахмурив лоб, смотрит на меня. Но как только он собирается открыть рот, чтобы ответить, к нам подходит Чарли.

– Привет, парни. Священник готов начать.

Он обнимает ее за талию и целует в висок.

– Ладно. Мы идем.

Она улыбается ему, после чего поворачивается ко мне. Чарли смотрит на меня, и я вижу, как ее радость слегка угасает. Не говоря ни слова, мы вместе направляемся к алтарю.

И пока мы шагаем, меня мучает вопрос. Интересно, представляла ли Чарли когда-нибудь на этом месте нас с ней? Мечтала ли о вечности со мной? Мы были вместе полтора года. Слишком долго для пары двадцатилетних. Меня так и подмывает сказать, насколько ей лучше сейчас.

Я нахожу глазами Мэгги. Она стоит на другой стороне лужайки с женщинами и пару мгновений смотрит в мою сторону. Всего один взгляд, и он рассеивает туман от разговора с моим отцом и от взгляда Чарли.

А она когда-нибудь представляет здесь нас с ней?

Черт, а я сам?

Навряд ли. По крайней мере, не так. Но я что-то вижу. И это самое большее, что я когда-либо честно думал о женщине, с которой встречался. Я вижу будущее с ней, и это звучит потрясающе.

Свадьбы – это не мое. Все эти белые платья, подружки невесты в одинаковых нарядах – все это кажется таким банальным, но мне трудно ненавидеть подобное, когда Чарли буквально лучится счастьем. Я тоже не считала ее девушкой, которой нравятся традиционные свадьбы, но похоже, когда она встретила Эмерсона, многие ее предпочтения изменились, по крайней мере, так мне кажется.

К счастью, она разрешила подружкам невесты носить черное, и за это я ее люблю.

Свадебный организатор начинает расставлять нас по местам, и я внезапно возвращаюсь примерно лет на десять назад. Я тогда работала координатором мероприятий. Мне нравился контроль и вся эта бурная энергия, которая сопутствовала праздникам. И чем больше стресса это доставляло, тем больше мне хотелось всем командовать. Только теперь мне стало ясно почему. Удивительно, что я не поняла этого раньше.

Организатор ставит меня рядом с Дрейком, и я с облегчением вздыхаю. Хантер рядом с Изабель, а Мия – с Бо. Так оно лучше. Я слишком боюсь того, о чем люди смогут догадаться, если мне придется идти к алтарю рядом с ним. К тому же на нем все еще эта штуковина, и мне бы не хотелось, чтобы что-то между нами доставило ему дополнительный дискомфорт – в смысле, если у него встанет против воли.

Ладно, наверно, мне действительно хочется увидеть, как он немного ерзает с этой клеткой. Ведь именно за этим я надела ее на него в первую очередь, разве не так? Даже легкий намек на то, что я мучаю Бо, возбуждает меня больше, чем я когда-либо ожидала.

Когда же координатор мероприятия выстраивает мужчин, я тотчас вижу проблему. Дрейк слишком высок, чтобы стоять в середине, поэтому она переставляет их так, чтобы он оказался с краю. В результате Бо оказывается рядом со мной, и у меня перехватывает дыхание.

До меня доносится его знакомый запах, и я заставляю себя не реагировать. Просто стоя рядом с ним, я чувствую себя так, будто мы выставлены напоказ, словно все могут сказать, что час назад его член был у меня во рту.

– Хорошо, мы сделаем один простой проход, – объявляет распорядительница, и вся группа направляется к месту сбора. Бо молча идет рядом со мной, и лишь один раз мы поднимаем друг на друга глаза. Всего на одну напряженную секунду наши взгляды встречаются.

Мы стояли рядом друг с другом на вечеринках, и это никогда не казалось таким запретным, как сейчас. И всего через десять дней он, как предполагается, переедет со мной в Финикс. О чем мы думали? Как, черт возьми, мы намерены провернуть это, не выдав всем наш секрет?