– Заодно вот это мне переведи, - говорю я, протягивая ей через решетку бумаги, что стащил со стола офицера наемников.

Она берет листы и разглядывает их.

– На какой язык перевести? Я знаю фарлонский, огли и язык огненных островов.

– На наш переведи, - говорю я.

– Тут и так на общем написано.

– Просто скажи, что там написано.

– Вы читать не умеете?

Не вижу её лица, но чувствую, что она улыбается.

А я сжимаю поводья и смотрю вперёд.

Столица.

Восточные ворота города возвышаются передо мной, массивные, обшитые железом, с резными гербами по бокам. Створки закрыты - не время для въезда, но караул на месте. На парапете, над аркой, двое стражников в латах и с арбалетами за спиной лениво переговариваются, изредка поглядывая вниз. Их тени вытягиваются в свете двух лун, сливаясь с камнем.

Зачем я снова здесь? Гарра не пришел и вряд ли появится. Разворачивайся и уезжай – говорит мне внутренний голос.

Ответ на вопрос, кто сжёг «Красного Петуха», явно не в столице. Гарра сказал, что Ворон скрывается где-то в другом городе. Но здесь, за этими стенами, живут трое: граф Морвен, барон Эльрик фон Штауфен и торговец Даррен Холт. Они - коллекционеры. Они могут знать, почему я здесь. Почему именно я.

Повозка скрипит под моим весом, когда я подъезжаю ближе. Девушка-клерк, закованная в клетку, ёрзает на месте. Она всё ещё переодета парнем - рубаха навыпуск, штаны пошире, волосы спрятаны под потрёпанной шляпой. Но если приглядеться - слишком хрупкие плечи, слишком тонкие запястья.

– Сиди тихо, - бросаю я через плечо.
– И не вздумай открывать рот.

Она сжимает губы, но в глазах - вызов.

Стражник у ворот поднимает руку, преграждая путь.

– Стоп. Проезд закрыт до рассвета.

– Так уже почти рассвет, - киваю в сторону горизонта.

Горизонт над лесом чуть окрашен золотом.

Я протягиваю ему бумагу - гербовую, с печатью. Ту самую, что стащил из палатки капитана в лесу. По словам девушки, это лицензия на поимку преступников.

– Чёртова Дюжина, - говорю я, поправляя широкополый шлем.
– Везу пленника.

Стражник разглядывает документ, потом медальон у меня на поясе - дракон, обвивающий меч. Его лицо расплывается в ухмылке.

– А, ваши уже проезжали. Несколько телег, битком набитых ублюдками. Ты, выходит, последний.

Я киваю, делая вид, что тороплюсь.

– Колесо в дороге слетело. Вот и задержался.

Его напарник подходит ближе, заглядывает в клетку.

– И это кто у тебя? Не похож на опасного преступника.

– Этот как раз самый опасный, - говорю я, хлопая по прутьям.
– Из-за него дюжина наших полегла.

Стражник морщится, отходит на шаг - на всякий случай.

Из караулки вываливается ещё один - по виду старший. Рука на рукояти меча, взгляд острый.

– Кто это?
– кричит он своим.

– Капитан Чёртовой Дюжины, - отвечает один из стражников.
– Привёз ещё одного грабителя.

Старший караула хмыкает, лицо разглаживается.

– Отлично! У нас как раз твои люди внутри. Празднуют поимку.

Он оборачивается, кричит вглубь помещения:

– Эй, парни! Выходите, ваш капитан тут!

Я сжимаю поводья.

– Не надо никого звать. Я тороплюсь.

– Да ладно, минуту потерпи!
– старший машет рукой.
– Они тебе обрадуются.

Из караулки выходят двое. Не стражники - солдаты. Одеты также, как и те, из лагеря в лесу. Кожаные доспехи, арбалеты за спиной. Лица раскраснелись от выпивки, но глаза быстро проясняются, когда они видят меня.

– А где капитан?
– спрашивает первый, оглядываясь.

– Он отправил меня вперёд, - говорю я, стараясь звучать уверенно.
– Чтобы доставить пленника.

Старший караула разводит руками, смотрит на солдат.

– Обознался, значит. Ну ладно, идёмте дальше пить.

Но солдаты не уходят. Второй, коренастый, подходит ближе, вглядывается в моё лицо.

– Ты из какой группы?

– Из главной, - отвечаю я.
– Я новенький.

– Из какой «главной»?
– он хмурится.
– Ты кто вообще?

Его взгляд падает на медальон у моего пояса.

– Откуда у тебя это?
– голос становится резким.
– Что ты с капитаном сделал?