Он хватает меня за бедра и разводит их шире, так что я не могу сохранять равновесие.

— Вот как ты должна была ждать меня сегодня вечером. Не в одежде. И ты не должна заставлять меня ждать.

Его руки в перчатках скользят вверх по моим бедрам, затем обратно вниз.

— Насколько тесной ты будешь, если я возьму тебя прямо сейчас, не раздвигая?

— Пожалуйста, не надо, — шепчу я, хотя мое сердце колотится от чего-то, что абсолютно не является страхом.

— Пожалуйста, не надо?

Он наклоняется надо мной, и я чувствую, как его член скользит по моим складочкам, вызывая у меня стон. Его маска касается моей лопатки, и более добрым голосом он шепчет:

— Ты помнишь свое стоп-слово, верно, Слоан?

Использование моего имени почти выбивает меня из колеи, и мне требуется секунда, чтобы взять себя в руки. Что еще более шокирующе, он позволяет мне. Одна рука успокаивающе поглаживает мое бедро, но он не торопит меня и не делает никаких шагов вперед, пока я прихожу в себя.

— Да, — шепчу я.

— В чем дело? — в его голосе что-то изменилось.

Что-то отличное от насмешливой похвалы или приглушенных угроз.

— Красный.

— Тебе нужно им воспользоваться?

Я проглатываю замешательство и прилив удивления, комкая руками простыни. Это ... заботливо. Это почти мило, хотя я никогда не скажу этого вслух.

— Нет, — говорю я, оценив свое психическое состояние. — Я им не воспользуюсь.

Маска снова касается моей кожи, и на этот раз его шепот «хорошая девочка» звучит настолько по-другому, чтобы я могла почувствовать нежность в его словах. Или у меня просто галлюцинации, что, безусловно, более вероятно.

— О, принцесса, — продолжает он, возвращаясь к голосу, который я ожидаю от него услышать, когда он отстраняется. — Ты на самом деле не хочешь, чтобы я останавливался. Ты хочешь, чтобы я трахнул твою киску именно так, да? Посмотри, какая ты мокрая.

Он раздвигает мои складочки двумя пальцами, чтобы посмотреть на меня, и я всхлипываю.

— Ты, блядь, умоляешь меня просто уничтожить тебя.

— Это не так. Я…

— Так и есть. Ты хочешь мой член прямо сейчас? Ты хочешь, чтобы я трахнул тебя, не делая ничего, чтобы ты была готова для меня?

— Нет. Я не знаю. Я...

Слова слетают с моих губ, и я не имею их в виду, потому что я знаю свои пределы достаточно, чтобы понимать, что я чувствую по поводу этого, но все равно это как-то пугает в лучшем смысле этого слова. Я проглатываю стон, когда его член трется о мою промежность, а потом чуть входит в меня, когда незнакомец сжимает мое бедро.

— Да, ты действительно чертовски хочешь.

С этими словами он входит в меня, медленно скользя, раздвигая мои складки своим членом, и я вскрикиваю, извиваясь под ним. Мое лицо все еще упирается в подушку, а я сжимаю кулаками простыни.

— Ты такая тугая, — стонет он, останавливаясь только тогда, когда погружается полностью, и я могу чувствовать его невероятно большой член. — Боже, я не смогу долго продержаться, когда ты такая тугая и горячая.

Он отстраняется и снова входит, на этот раз немного быстрее. Чувство наполненности распирает изнутри. Потрясающе…

— Это не слишком много, принцесса? — он снова двигается, но на этот раз не останавливается, когда оказывается глубоко внутри меня, а только продолжает трахать меня.

— Да.

— Нет, я так не думаю. Твоя киска просто умоляет меня быть здесь. Это совсем не слишком.

Положив руку мне на поясницу, он удерживает меня на месте, используя меня, в то время как его толчки становятся сильнее, а жжение от него сменяется горячим удовольствием.

Он не единственный, кто долго не протянет. Он невероятно горяч, и ощущать его внутри себя так чертовски приятно, что я задаюсь вопросом, действительно ли это может быть странным осознанным лихорадочным сном.

Когда начинается жужжание, я почти ничего не замечаю. Именно когда мой вибратор находит мой клитор, я с криком возвращаюсь в реальность и пытаюсь выпрямиться, но только для того, чтобы он удержал меня на месте.

— О черт, какое приятное ощущение. Верно. Ты такая тесная вокруг меня, когда я играю с твоим клитором. Ты собираешься кончить? — я кончу, если он продолжит это делать. — Я задал тебе вопрос.

— Я собираюсь кончить, — говорю я ему, открывая рот и обнаруживая, что теперь не могу прекратить говорить. — Черт, я собираюсь кончить так быстро. Это слишком...